А вы любите крокембуш?
Пришёл сентябрь, спала летняя жара, и начался сезон свадеб. Вы любите свадьбы? Я люблю. Такие, чтобы повеселиться от души, и чтобы натанцеваться на полгода вперёд, и чтобы настроение было сказочно-лучезарно-романтическим.
Пришёл сентябрь, спала летняя жара, и начался сезон свадеб. Вы любите свадьбы? Я люблю. Такие, чтобы повеселиться от души, и чтобы натанцеваться на полгода вперёд, и чтобы настроение было сказочно-лучезарно-романтическим.
Предлагаю вам несколько картинок моей любимой Хильды. Обаятельная пышечка, вот уже на протяжение более чем пятидесяти лет она остаётся любимицей не одного поколения и вызывает неизменные улыбки у всех, кто рассматривает рисунки. Да, она не худая, да у неё просматривается несколько лишних кэгэ, но разве это главное?
Ох, любовь, любовь, любовь… Любовь – самое прекрасное чувство. Влюбленность – самый чудесный период в жизни. А ещё любовь – самое привлекательное и любимое занятие взрослых людей всех возрастов. Любовью можно заниматься в любое время суток, в самом неожиданном месте, самым экстравагантным способом, и даже с совершенно незнакомым человеком. Главное – желание.
На вершине горы была приятная прохлада и дул лёгкий освежающий ветер. Я нервно теребила в руках короткую розовую ленточку и вспоминала всё, что хотела бы получить в подарок, купить, найти, заработать, в общем, всё, чего мне не хватало для полного счастья.
Наш городок – это уютное провинциальное местечко, в котором проживает немногим более двух с половиной тысяч людей. Иногда мне так хочется вырваться из этого скучного, отсталого от городской жизни «села» и вдохнуть полной грудью воздух свободы огромного мегаполиса, кишащего людьми и автомобилями. Но такие минуты слабости бывают очень редко. Когда некоторые мои друзья заявляют о неоспоримых преимуществах жизни в большом городе, я мило улыбаюсь и зову их к себе в гости – сравнить вживую, так скать, дотронуться рукой. Если они начинают сопротивляться, то у меня всегда найдутся аргументы, против которых никто не поспорит.
Когда-то, очень давно, у меня был панический страх общения с людьми. Это было в глубоком детстве, но я до сих пор отчётливо помню, как у меня дрожали руки, а на лбу выступала испарина, если мне надо было обратиться к кому-нибудь за помощью или советом. Когда нам провели стационарный телефон, я никогда не поднимала трубку, даже если дома в этот момент никого, кроме меня, не было – я боялась услышать в телефонной трубке человеческий голос и начать разговор.